Вітаю Вас, Гість! Реєстрація RSS

Майданчик.ua

Неділя, 19.11.2017
Головна » Статті » Історія

Национальная борьба в Западной Украине. Часть 7




«ОУН и немцы»

После падения Польши украинцы Холмщины и Лемковщины попали под власть Третьего рейха. К ним прибавились тысячи беженцев, которые, спасаясь от большевиков, стекались в район Кракова — важного центра так называемого Генерал-губернаторства, созданного гитлеровцами на большей части Польши, где режим был относительно либеральным. Вскоре после прихода немцев возникли десятки комитетов украинского самоуправления, в состав которых выходили в основном члены ОУН. С молчаливого согласия немецкого генерал-губернатора Франца Франка эти комитеты вскоре образовали Украинский Центральный Комитет (УЦК) под руководством известного учёного-географа Владимира Кубийовича. Это был общественный орган социального обеспечения, который занимался больными и пожилыми людьми, беспризорными детьми, организовывал работу медицинских учреждений, школ, кооперативов и молодёжных объединений, представлял интересы украинских «арбайтеров», отправлявшихся на работу в Германию.

Началось очередное «дежа вю»: вместо объединиться в борьбе с оккупантами, украинцы и поляки начали соревнование за их благосклонность! УЦК негласно противодействала влиянию поляков. Немцев в определённой степени это устраивало: они назначали украинцев на мелкие административные должности, включая полицию, а украинцы мстили полякам за довоенные обиды. После нападеня Германии на СССР и включения Восточной Галичины в состав генерал-губернаторства там также распространилась деятельность УЦК.

Сейчас как-то не принято вспоминать, что украинские националисты с энтузиазмом приветствовали нападение гитлеровцев на СССР. ОУН рассматривало это как возможность создания независимого украинского государства. Немцы хотели использовать ОУН для диверсионной работы в советском тылу. ОУН не хотело быть орудием гитлеровцев, но хотело использовать войну, чтобы распространить своё влияние по всей Украине. Одним словом, каждый хотел использовать другого.

Сложность состояла и в том, что среди немцев не было единого мнения по поводу сотрудничества с украинскими националистами. Абвер (военная разведка), которым руководил адмирал Вильгельм Канарис, поддерживал длительные отношения с ОУН и выступал за их продолжение. За это же выступал и ведущий нацистский идеолог Альфред Розенберг. Будучи одним из немногих в Третьем Райхе, кто разбирался в ситуации в СССР и знал о стремлении многих украинцев к независимости, Розенберг выступал за использование национального движения в борьбе с большевиками. Но гитлеровская верхушка, которая избытком интеллекта на страдала, с тупым упорством следовала свои идиотским «расовым теориям» и считала украинцев исключительно «унтерменшами-недочеловеками», «арбайтерами» и «топливом для крематориев».

Особую роль сыграла фирменная украинская «многогетманщина». Даже желая иметь дело с националистами, немцы не могли выбрать между умеренными, но слабых мельниковцами и деятельными, многочисленными, но радикальными бандеровцами. Между проводами ОУН-Б и ОУН-М разгорелась борьба за благосклонность фашистов. Эта суета, мягко говоря, сильно скопрометировала ОУН и дала повод различному визгливому «антиукраинскому элементу» орать на всех перекрёстках, что все без исключения украинские патриоты — это фашисты.

Перед нападением на СССР в немецкой армии из пробандеровски настроенных националистов был создан «Легион украинских националистов» в количестве 600 человек в составе двух батальонов — «Роланд» и «Нахтигаль». Немцы хотели использовать их для диверсионных целей в советском тылу, а националисты считали, что они станут основой будующей украинской армии и укрепят влияние фракции Бандеры.

В первые же дни между немцами и националистами взорвался конфликт. При поддержке «Нахтигаля» ОУН-Б пошла на молодеческую авантюру — 30 июня 1941 г. во Львове они провозгласили украинскою державу, а премьер-министром объявили соратника Бандеры — Ярослава Стецько. Бандеровцы надеялись, что немецкое военное командование скорее согласится с этим, не желая идти на конфронтацию в самом начале войны. ОУНовцы даже сумели убедить растерянное население, что они опираются на поддержку Берлина. Путём манипуляций они сумели добиться от прикованного к постели авторитетного митрополита Шептицкого заявления о поддержке их действий.

Но если вполне аполитичный вермахт закрыл глаза на такие «фокусы», то реакция гитлеровского политического руководства и гестапо было жёстким и однозначным: Бандеру и его соратников арестовали и бросили в тюрьму. В это время ОУН-М, избегая конфронтации с немцами, старалась воспользоваться неудачей конкурентов, но вскоре и мельниковцы испортили отношения с фашистами.

В рамках своей стратегии — без согласия гитлеровцев организовывать и контролировать местную администрацию на территории Советской Украины — ОУН отправила вслед за наступающими немцами 2 тыс. своих членов, преимущественно из ОУН-Б, в составе знаменитых «походных групп». Они выявляли сознательных украинцев и создавали из них местную администрацию. Походные группы достигли даже восточных границ Украины, например группа упомянутого в начале Евгена Стахива действовала на Луганщине, причём Стахив утверждает, что в районе Краснодона (того самого, где была «Молодая гвардия») большевистского подполья не было, а было только бандеровское! Но даже здесь вражда бандеровцев и мельниковцев приобрела уродливые формы: в сентябре 1941 г. в Житомире членов ОУН-М Омеляна Сеника и Мыколу Сциборского застрелил член ОУН-Б. Вскоре взаимные убийства и доносы немцам между обеими фракциями стали обычным явлением, что сильно дискредитировало украинский национализм.

В больших городах Восточной Украины, включая Киев, Днепропетровск, Харьков, возникали украинские газеты, общественные организации. В октябре 1941 г. члены ОУН-М в Киеве выступили с инициативой создания Украинской Национальной Рады, питая наивную, чуть ли не детскую надежду на то, что немцы установят украинское государство.

В сентябре 1941 г. гестапо арестовало и казнило многих членов походных групп ОУН-Б. Через два месяца гитлеровцы нанесли удар по ОУН-М и её влиятельной киевской группе: были расстреляны 40 ведущих членов, включая поэтессу Олену Телигу. Затем нацисты казнили украинского мэра Киева Владимира Багазия.

Похоже, только после этого до националистов наконец «дошло», что гитлеризм — такой же враг украинской независимости, как сталинизм или польский шовинизм. В дальнейшем, не отказываясь полностью от тактики «героев-заговорщиков», они стали опираться на массовую партизанскую национально-освободительную борьбу.

Об истерии вокруг «предательства»

Обвинения «бандеровцев», «националистов» и вообще «западенцев» в предательстве, сотрудничестве с гитлеризмом, даже в фашизме, которые по сей день слышатся от разного «русско-патриотического элемента» уже «завязли в зубах», вызывая даже не раздражение, а хохот. О.Субтельный пишет, что из миллиона бывших советских граждан, которые в 1944 г. носили немецкую форму около 220 тыс. были украинцами, а остальные — преимущественно русскими. Кроме «власовцев», можно вспомнить тысячи полицаев и русские казачьи части СС, на фоне которых украинцы могут показаться намного более «верноподданными»; а значительная часть личного состава Красной Армии от рядовых до генералов и маршалов была украинцами. Можно вспомнить, как Сталин, надеясь натравить одних «капиталистов» на других, поначалу поддерживал Гитлера сырьём и материалами, учил гитлеровских военачальников в советских военных академиях, де-факто уничтожил германских коммунистов и социал-демократов, бывших единственной реальной силой, которая могла противостоять приходу фашистов к власти. А ещё был пакт Молотова-Риббентропа и совместные парады Красной Армии и Вермахта, войск НКВД и СС… В общем, когда из районов, близких к московскому Кремлю, слышится нечто о предателях-украинцах, то ответом может быть старинная русская пословица о корове, которой, вместо мычать, следует молчать!

По большому счёту, значительную часть Европы можно обвинить в коллаборационизме с гитлеризмом. А во Франции половина страны почти без боя сдалась на милость фашизму! На этом фоне украинцы выглядят просто героями!

Что же касается «западенцев», а тем более «бандеровцев», то они де-факто не были советскими гражданами, присягу «товарищу Сталину» не давали и, строго говоря, могли воевать хоть за Папу Римского, что вовсе не оправдывает сотрудничество с гитлеризмом, который вместе со сталинизмом были наиболее жестокими фашистскими режимами в истории земной цивилизации. Впрочем, «шашни» ОУН с гитлеровцами не принесли особого вреда никому, кроме самой ОУН. А разговоры различных «шовинистических истеричек» о том, что ОУН-УПА были признаны «врагами человечества» на Нюрнбергском процессе — это, пардон, «дешёвый понт», рассчитанный на безграмотную публику. Ничего подобного в Нюрнберге и близко не было — там были вопросы поважнее…

То же касается ещё одного весьма неоднозначного исторического факта — дивизии СС «Галичина», которую различные «махровые пропагандисты» специально для не шибко грамотной «люмпен-аудитории» умышленно «сваливают в одну кучу» с «бандеровцами» и ОУН-УПА. Действительно, в 1943 г. после сокрушительного поражения под Сталинградом силы Третьего Рейха начали иссякать. Гитлеровские бонзы решили отбросить своё маниакальное презрение к «унтерменшам» и взялись формировать национальные воинские части для латания дыр на фронте. Памятуя о том, что отсутствие регулярной армии, например, в 1917-20 гг. не позволило украинцам выбороть независимость, глава УЦК В.Кубийович и даже авторитетный митрополит А.Шептицкий согласились на создание украинской части СС «Галичина» в составе около 10 тыс. человек, куда сразу же записались неопытные добровольцы-патриоты, а по сути – наивные сельские парубки. Причём ОУН была категорически против такого сотрудничества. Ни в каких карательных акциях эта часть не участвовала — это была обычная фронтовая дивизия войск СС. В июле 1944 г. эту часть немцы в первом же бою под Бродами на Львовщине выставили под мощнейший удар Красной Армии, что закончилось трагедией. Многие солдаты погибли или были взяты в плен, некоторые сумели выйти из окружения и присоединились к УПА.

Народная армия: героизм и жестокость…

С уходом в 1941 г. фронта на восток в тылу гитлеровских войск оставались огромные территории, на которых де-факто не было никакой власти, поскольку немцам не хватало сил и средств их контролировать. Поэтому в северо-западной, лесной части Украины, где позволяли географические условия, начали формироваться партизанские отряды разной этно-национальной и политической окраски. Для этого хватало как оружия, так и рекрутов. Партизанские группировки возникали из красноармейцев-окруженцев, большевистского подполья, украинских и польских националистов, перебежчиков-полицаев, евреев, беглых остарбайтеров и просто крестьян, которые прятались в лесах.

Первые партизанские отряды украинских националистов возникли не в национально-сознательной, но густонаселённой Галычине, а на довольно безлюдных Волыни и в Полесье, которые до этого были вполне пассивными. Основали же их вовсе не ОУНовцы, а украинский политический деятель Тарас Бульба-Боровец, близкий к украинскому эмигрантскому правительству Симона Петлюры, которому в межвоенное время Польша предоставила убежище, считая полезным в случае возможной войны с СССР. С началом советско-германской войны Бульба-Боровец для борьбы с остатками Красной Армии, попавшими в окружение, создал нерегулярную часть «Полесская Сечь», которая позднее была переименована в Украинскую Повстанческую Армию — УПА. Таким образом, УПА была создана вовсе не ОУН, а «петлюровцем», который, как союзник поляков, фактически был врагом «бандеровцев». К концу 1941 г. немцы попробовали распустить части Боровца, но он повёл своих бойцов «в леса». Итак, УПА де-факто была создана в 1941 г., а не в 1942 г., поэтому 70-летие УПА логичнее было праздновать в 2011 г., а затея с празднованием в 2012 г. выглядит несколько сомнительной. В 1942 г. небольшие группировки в лесах Волыни создали ОУН-Б и ОУН-М, которые прятались от преследований гитлеровцев.

К концу 1942 г. ОУН-Б решила создать крупные партизанские силы, заложив тем самым основы будущей регулярной украинской армии. Националисты считали, что армия понадобится для завоевания независимости, когда СССР и Германия истощат друг друга. О скорой победе СССР над Германией тогда никто и подумать не мог: после так называемой харьковской катастрофы летом 1942 года по вине советских генералов, стратегическое преимущественное, полученное Красной Армией после разгрома гитлеровцев под Москвой, улетучилось как дым, и советские войска едва держали оборону на Волге под Сталинградом.

Но была и более близкая и понятная широким массам задача. На лесистом Западе Украины все воевали со всеми: немецкие оккупанты и полицейские части (шуцманшафт), «окруженцы» Красной Армии, проникавшие из соседней Белоруссии советские партизаны, польская «партизанка» двух видов — поддерживаемая Москвой Армия Людова и подчинявшаяся польскому эмигрантскому правительству в Лондоне Армия Крайова. Кроме того, вакуум власти неизбежно вёл к появлению огромного количества мародёров. Все они видели в местных украинских селянах «дойную корову», объект грабежа и насилия. Для защиты своей земли и народа требовалось создание армии, которая опиралась бы на массовую поддержку народа. Итак, УПА — это массовая украинская «партизанка» (в первую очередь крестьян, но не только), в которую они объединились и которую поддерживали широкие массы населения для самозащиты и отстаивания своих национальных интересов.

Организацию такого ополчения взяли на себя наиболее боеспособные и непримиримые «бандеровцы», которые, к тому же, имели разветвлённую подпольную сеть в Западной Украине. С присущей им жесткостью (если не сказать, жестокостью) ОУН-Б подчинила себе части Боровца и ОУН-М, окончательно сформировав УПА и физически уничтожив тех, кто не хотел подчиниться – в этом «бандеровцы» ничем не отличались от большевиков. Главнокомандующим был назначен Роман Шухевич, он же — генерал Тарас Чупринка. Армия захватила контроль над значительной частью Волыни, Полесья и Галичины. Различные источники оценивают численность УПА (в разное время) от 30-40 тыс. до 100 тыс. и даже 200 тыс. УПА была уникальным явлением, поскольку не имела практически никакой иностранной помощи, а опиралась только на поддержку народа.

Несколько слов о самой аббревиатуре «ОУН-УПА». С одной стороны, ОУН и УПА — это, как говорят в Одессе, «две большие разницы»: ибо ОУН — это, по сути, политическая партия со своей подпольной пропагандистской и террористической сетью, а также службой безопасности (СБ ОУН) наподобие подпольного НКВД или гестапо (времена тогда были жестокие: или ты, или тебя!); а УПА — это, повторимся, массовое народное ополчение. Даже вышеупомянутый проводник ОУН-Б Евген Стахив утверждает, что модное нынче понятие ОУН-УПА — это нонсенс, а тоталитарные методы лидеров движения он объясняет необходимостью суровой дисциплины в то кошмарное время.

Но! Автор этих строк, исповедуя свой «любимый» психо-энерго-информационный подход к трактовке социальных явлений, хотел бы сделать ряд намечаний. Общество удерживает не только репрессивный аппарат власти и эго-рациональные факторы, но и система психо-эмоциональных связей, которая связывает психическую энергию больших масс людей. Социальные катаклизмы, в том числе война, разрушают эти связи, высвобождая огромные объёмы психоэнергии. Эту энергию необходимо связать, иначе социум «пойдёт вразнос». Поэтому взорванная хаотичными страстями масса через бессознательные психокомпенсаторные механизмы ищет скрепляющие символы, и вождя или институцию, которые олицетворяют некую общезначимую идею. Таковой идеей вполне могли служить весьма сомнительные постулаты «интегрального национализма», институцией — ОУН, а вождём — Степан Бандера, значение которого сильно преувеличено уже хотя бы потому, что борьбой ОУН-УПА в её разгаре руководил именно Шухевич. Бандера же, выйдя к концу войны из концлагеря, благополучно осел на Западе, пока не был убит агентом КГБ. По абсолютно иррациональным причинам именно имя Бандеры, а не Шухевича стало символом возможно даже из-за её определённой «мелодики»: слово «бандеровец» намного более звучное, чем «шухевичец». Хотя повторимся, что под руководством именно Романа Шухевича прошёл самый героический этап борьбы ОУН-УПА. Без непримиримых, но жестоких «бандеровцев», вместо боевой УПА, скорее был бы анархичный «бардак» наподобие «атаманщины» в Восточной Украине времён гражданской войны. Без опоры на массовую УПА «бандеровцы» так и остались бы кучкой «героев-заговорщиков». Поэтому понятие ОУН-УПА наполнено конкретным смыслом, и это ещё одно доказательство того, что социальные явления истолковать исключительно в поверхностно-рациональных терминах невозможно!

УПА воевала с превосходящим численно и технически противником и показала чудеса героизма, не уступая защитникам Сталинграда или Брестской крепости. Как-то, в 2003 г. по телевидению прошёл сюжет о том, как несколько дней 40 бойцов УПА вели бой на развалинах одного из монастырей в Западной Украине против армады гитлеровцев, которых поддерживали танки и авиация. 10 бойцов УПА вырвались из окружения, остальные погибли… А апреле 1944 г. в боях с УПА под Кременцом большевикам пришлось привлекать около 30 тыс. человек регулярной армии… Это против крестьянского-то ополчения! Так мало кто в мире умеет воевать! Приходилось сталкиваться с дедушками и бабушками в форме УПА, которые, не смотря на свой явно авторитарный характер и часто не слишком высокий уровень образования, всё же вызывают уважение глубокой убеждённостью в правоте своей борьбы. За эту борьбы они ничего не получили, но не разменялись и не продались, а страна Украина, за которую они воевали, до сих пор не может признать их «воюющей стороной», видимо ожидая, когда они отправятся в «мир иной», и проблема «рассосётся» сама по себе.

Но человеческая психоэнергия амбивалентна. В переводе на «нормальный» язык это значит, что она может быть направлена во благо и во зло, причём часто одновременно. Поэтому высшие проявления героизма и патриотизма могут соседствовать с проявлениями садизма, деструктивности и жестокости. Это имело место в случае с УПА, сильно дискредитировало её и национально-освободительную борьбу вообще. Речь идёт о знаменитой украино-польской резне… Безотносительно того, как закончится война, украинские националисты, следуя многовековой вражде, были полны решимости изгнать из украинских земель поляков, часть которых были поселенцами межвоенного времени, но многие жили здесь веками, причём часто украинцы и поляки жили рядом и роднились друг с другом. В свою очередь, польские националисты и их военное формирование Армия Крайова стремились сохранить свой контроль над теми украинскими землями, которые входили в состав Польши. В результате вспыхнула кровавая борьба, от которой, как и водится, более всего пострадало гражданское население. По польским данным, на Волыни в 1943-44 гг. украинцы, в первую очередь отряды СБ ОУН-Б уничтожили 60-80 тыс. поляков, включая женщин и детей. Украинцы утверждают, что резню начали поляки ещё в 1942 г., которые уничтожили тысячи украинских крестьян на Холмщине, а затем в 1944-45 гг. — на запад от реки Сан.

Центральный провод ОУН-Б, вроде бы, запрещал акции против мирного польского населения, но ряд деятелей краевого провода на Волыни совершали такие акции. Это типичное проявление украинской «атаманщины», когда каждый «гетман» проводит в жизнь свою «политику», дискредитируя общее дело. Есть свидетельства о том, что некоторые молодые «проводники», которые в 1940 г., едва окончив школу, прошли гитлеровские спецшколы, в которых готовили «мясников» для акций против мирного населения. Один известный украинский учёный преклонного возраста родом с Западной Украины (фамилию которого приводить здесь не будем) пережил эти события и рассказывал, как стал свидетелем разговора среди украинского личного состава гитлеровской полиции, который был переброшен с Галичины на Волынь, а затем вошла в партизанскую группировку: они хвастались друг перед другом убийствами евреев и поляков, смакуя подробности своих «подвигов»… Впрочем, поляки вели себя не лучше. Это было не только попрание общечеловеческих ценностей, но и предательство украинских интересов. Так благородная цель защиты и освобождения своей земли была значительно дискредитирована злокачественными разрушительными страстями. Правда, есть многочисленные свидетельства того, как украинцы и поляки спасали друг друга от жестокости своих соплеменников, но скорее подчёркивает весь ужас тех событий…

Существует множество трактовок этого кошмара, в котором часто обвиняют подстрекательство гитлеровцев и советских партизан, а также доктрины украинских и польских националистов. Этот обоюдный всплеск накопленной веками массовой агрессивности, который невозможно рационально объяснить, был спровоцирован тотальной войной всех против всех и является ярчайшим эмпирическим доказательством наличия иррациональной деструктивности человека. Источниками жестокости могут быть вытесненный в бессознательное социальный негатив (Хорни), злокачественные страсти (Фромм), массовые психозы (Бехтерев), разрушительные коллективные и надличностные содержания психики (Юнг). Перинатальная психология видит причину в процессе рождения человека, которое сопровождается угрозой жизни, болью, физическим и эмоциональным стрессом, что формирует огромные запасы агрессии (Гроф). Социум и надличностные содержания психики придают такой биологической основе психо-социальную форму; через ослабленную социальными факторами защиту агрессивность прорывается в сознание. Здесь опять-таки речь идёт о присущей человеку психической энергии, подавление, извращение и ненадлежащее использование которой может привести и к массовому деструктивному психозу.

В 2003 г. в 60-летнюю годовщину «волынской резни», наслушавшись плоских объяснений многочисленных «экспертов», автор этих строк попытался хотя бы кратко изложить глубинно-психологические трактовки этой трагедии и предложил ряду изданий от либеральных (в нашем хуторянском понимании) до национал-патриотических. Сия затея потерпела фиаско, ибо «либералы» кое-как понимают только точку зрения грантодателей (занудливую тягомотину различных «институтов открытых обществ», за которую они платят свои гранты, можно регулярно прочесть в газетных объявлениях), а нынешние «патриоты» и вовсе страдают «острой формой умственной недостаточности». Словом, кое-что автору таки удалось опубликовать, но бравая редактура «вырезала» из текстов самое главное, поскольку просто «не догоняла», о чём речь.

Смена идеологии и мировоззрения ОУН

Не смотря на антипольский братоубийственный психоз, украинские «интегральные» националисты вынуждены были резко повернуть к… интернационализму и демократии. С началом войны они начали выходить за пределы западноукраинского ареала и украино-польской войны. Сначала националисты вживую столкнулись с многонациональным личным составом Красной Армии. Затем походные группы ОУН достигли Восточной Украины. Вопреки пропаганде большевиков, подполье ОУН, пусть и малочисленное, действовало на Донбассе, в Одессе, в Приазовье. Население здесь было не только многонациональным, но и космополитичным и интернациональным по мировосприятию; его интересовали не так национальные проблемы, как социально-экономические и общедемократические. Евген Стахив высказывается в том смысле, что поначалу местные не воспринимали ОУНовцев, считая их ограниченными, «зацикленными» на национализме да и страдающими тоталитарными замашками, что отталкивало людей, испытавших на себе ужасы сталинизма. Идеологи ОУН начали осознавать, что создание полноценного Украинского государства невозможно на одних лишь только националистических лозунгах, немыслимо без опоры на другие национальности, без сколько-нибудь серьёзной социально-экономической программы и демократической политики. Словом, националисты поняли, что «интегральный» национализм как идеология, доктрина и руководство к действию «ни к чёрту не годится»!

ОУН-Б начинает выдвигать лозунги борьбы за национальные государства порабощённых народов, против большевистского и гитлеровского империализма, за солидарность рабочих, крестьян и трудящихся всех стран, за социальное равенство и справедливость, за права и свободы человека и гражданина независимо от национальной и религиозной принадлежности. Провод ОУН требует отказаться от антироссийской и антиеврейской и любой другой риторики, оскорбляющей национальные чувства. Призывая россиян к борьбе за свержение диктатуры большевиков, провод ОУН категорически требует избегать слов «кацап», «москаль», «коммуняка» по отношению ко всему русскому без разбора. Ставилась задача привлекать в ряды УПА бойцов других национальностей, включая россиян и евреев; большим уважением пользовались хорошо подготовленные офицеры-русские и евреи-врачи. Особое внимание уделялось работе среди представителей угнетённых народов Кавказа, Балтии и Средней Азии. В УПА попадали иногда и представители европейских народов, например бельгийцы, хорваты, французы, венгры, сербы, чехи, итальянцы, даже немцы, которые не хотели служить гитлеризму. В УПА начали создавать национальные подразделения со своим командованием, знамёнами, формой одежды и знаками отличия. Ряд источимков утверждает, что осенью 1943 г. в УПА насчитывалось 15 национальных «куреней», а в ходе Второй мировой войны через УПА прошло до 20 тыс. бойцов других национальностей.

Такой «националистический интернационал» стал толчком к событию, вошедшему в историю как Первая Конференция порабощённых народов Восточной Европы и Азии, которая состоялась 21-22 ноября 1943 г. в селе Будераж Здолбуновского района Ровенской области. В работе приняли участие делегаты от 13 национальностей. Конференция декларировала создание антибольшевистского военного и политического фронта и Блока Народов. Был выдвинут весьма, впрочем, спорный лозунг: «Только национальные революции порабощённых народов прекратят военную резню и принесут прочный мир. Для скорой и окончательной победы национальной революции нужен один общий фронт порабощённых народов». (Например, национальная революция в Африке в середине ХХ в. наоборот привела к эскалации межэтнических войн, которые длятся по сей день; показателен также пример Югославии; но это отдельная тема). Тем более, что провод ОУН-УПА почему-то не захотел внедрить столь интернациональные и гуманные подходы в отношениях с «ближайшими соседями» — поляками…

Изменение политико-идеологической платформы украинского национализма было закреплено через Украинскую Главную Вызвольную Раду (УГВР), которая была создана в июле 1944 г. недалеко от г. Самбора Львовской области делегатами довоенных политических партий Западной Украины и представителями Восточной Украины. Ряд деклараций этого органа позволяют говорить о том, что украинский национализм попытался вернуться к первоначальным либерал-, социал-демократическим и общечеловеческим ценностям, которые от исповедовал в начале ХХ в. Это даёт повод нынешним «национал-патриотическим демагогам» записывать украинских националистов в «демократы» и «либералы», лукаво игнорируя их тоталитарный характер, который иным быть в тех условиях не мог в принципе.

Ещё раз повторим, сказанное в предыдущем материале «Краткий курс настоящей истории УПА…», даже если это заставит «патриотов» скрипеть зубами аж до стирания оных в порошок. В ряды УПА виливались советские воины, кадровые офицеры, даже политработники (!), бывшие члены компартии и комсомола. Подавляющее их большинство сохраняло свои взгляды, но режим Сталина справедливо считали преступным извращением идеалов социализма-коммунизма. На эту тему есть любопытные воспоминания участников тех событий, изданные полукустарным способом уже в наше время мизерными тиражами.

У руководства основанного на базе УПА квазигосударственного образования, известного как Українська Головна Визвольна Рада (УГВР), политически представлявшая освободительное движение, также оказалось много бывших коммунистов и социалистов, причём как несоветского, в частности УНРовского, так и советского происхождения. В частности, УГВР руководил Кирило Осьмак — бывший «боротьбист-укапист», т.е. украинский суверен-коммунист. Это сейчас, благодаря наследию большевизма, между коммунизмом и концлагерем принято ставить знак равенства, хотя коммунизм по опеределению таковым быть не может. Многие участвовавшие в том, что называлось коммунистическое строительство, были разочарованы сталинщиной, ибо понимали, что сталинизм не имеет ничего общего с коммунизмом. Но это другая тема.

Впрочем, надвигавшийся сталинизм превратил демократические, интернациональные и социалистические потуги в пустые лозунги и декларации — предстоял финальный трагический аккорд борьбы, заведомо обречённой на проражение…

 [1] [2] [3] [4] [5] [6] [7] [8]

 

 



Джерело: http://hvylya.org/analytics/history/natsionalnaja-borba-v-zapadnoj-ukraine.html
Категорія: Історія | Додав: Bog_Bod (17.06.2013) W
Переглядів: 169 | Рейтинг: 0.0/0
Всього коментарів: 0
Додавати коментарі можуть лише зареєстровані користувачі.
[ Реєстрація | Вхід ]